век женщины дольше века мужчины, это известный факт, который мне знаком ещё со школьных уроков биологии — мальчишки щерились и притворно возмущались, когда носатая биологичка воодушевлённо щебетала, что эмбрионы мужского пола гораздо чаще погибают в отличие от женских. всё дело в хромосомах. у птиц всё наоборот: у мальчишеских особей хромосомы иксы, так что именно самцы живут чаще. другой киллер — тестостерон. вроде были даже исследования, которые показали, что стерилизованные самцы живут дольше обычных, а вот с самками всё наоборот. мне оставалось только смиренно кивать, когда моя новая хозяйка виталина георгиевна минут сорок витиевато и нудно объясняла всю ту же информацию, в какой-то момент я мысленно прикинула, как она могла бы учиться в параллельном классе, так и оставаясь мадамой старше меня на шестьдесят три года.
едва глупенькая улыбка цепанула моё лицо, потому что в мыслях нарисовалась картинка, как виталина георгиевна в своём бархатном бордовом халате с кисточками на рукавах, пучке с начёсом и тонкой сигаретой, зажатой изуродованными артритом пальцами, курит с пацанами за мусорками, настоящая виталина георгиевна недовольно поджала губы и коротко пояснила, что осталась вдовой. её дому требовалась уборка дважды в неделю: хрустальные люстры и многочисленные гобелены избавить от пыли, герани полить, полы вылизать точно так же, как и крошечные кофейные чашечки всех сервизов, запрятанных в шкафу. работы много, но и деньги у старухи водились. сразу же она отсобеседовала меня и для уборки дома соседки шуры – через дорогу, очень удобно. у той не было ни мужа, ни детей, ни сервизов, ни гобеленов.
спустя полгода регулярных уборок могу добавить, что у шуры не было ещё и складок на постели, немытой посуды, следов рыжей шерсти на полу, хотя мне-то было прекрасно известно о необычайной любви её пуделихи ли́сы оставлять на обивках стульев и кресел толстый слой кучерявых материалов, пригодных для набивки внушительного размера подушек. хорошо найти себе такую подругу на старости лет. ещё и богачку. платила за уборку шуриного дома всегда виталина георгиевна.
она же закупала обожаемую шурой здоровенную тыкву сорта мускат де прованс и с завидным усердием для женщины, которая никогда в своей жизни не готовила ничего, кроме глазуньи или тоста с маслом, варила десятилитровую кастрюлю супа-пюре. шура мучалась мигренями и с наступлением осени становилась смурной, настроение ей был способен поднять только сладкий сливочный суп, который не нужно было жевать. с зубами у шуры беда, это я заметила и по запашку изо рта, и по гримасе боли, которая передёргивала её лицо всегда, когда она ела или пила что-то холодное или горячее. по их приглушённым спорам, к которым мне приходилось прислушиваться, чтобы не сойти с ума, протирая все эти бесконечные сервизы, мне удалось понять, что виталина георгиевна лезла не в своё дело и записывала шуру к своему зубному, а та не желала брать чужие деньги.
наверное, это единственное разногласие между ними, которое я смогла обнаружить, за исключением фамилии виталины георгиевны, которую шура забавно коверкала, якобы случайно путая ударение. невинная шалость, я даже не внимания не обратила, а спустя несколько месяцев зарплату мне перечислила всё та же виталина георгиевна, но с другой фамилией.
вернула девичью, стёрла с земли мужнину. специально ездила в город, сидела очереди в загсе, после меняла свидетельство о рождении, паспорт, загран, снилс, медицинский полис и всё на свете. шура новую фамилию произносила иначе. мягче, ласковее. видимо, её чувствительность распространялась не только на температурные режимы, но и на гармонию благозвучия букв в фамилиях. в старости чудаковатости обычно выкручены на максимум, славно когда рядом человек, способный их с тобой разделить.